22 августа 2007 13:30

Родовые травмы «Укратомпрома»

Родовые травмы «Укратомпрома»

Буквально в предыдущем номере «ЗН» в статье «Стратегия стратегии — ноу-хау от НАЭК «Энергоатом» подробно рассказывалось о нарушениях при создании «Укратомпрома». А уже 13 августа президент Украины своим указом №706/2007 приостановил действие постановлений Кабмина от 29 декабря 2006 года №1854 «Об усовершенствовании управления атомно-промышленным комплексом», предусматривающего создание государственного концерна «Укратомпром», и от 14 марта 2007 года №456 «Некоторые вопросы государственного концерна «Укратомпром», которым утвержден устав концерна и назначен генеральный директор, он же президент НАЭК «Энергоатом» Андрей Деркач. Похоже, что эти постановления противоречат Конституции Украины и позволяют отчуждать из государственной собственности переданное концерну его участниками имущество, не подлежащее приватизации.

Одновременно президент Украины подал соответствующее представление в Конституционный суд о признании этих постановлений Кабинета министров Украины не соответствующими Конституции Украины, а именно: части первой ст. 17 (в соответствии с которой обеспечение экономической безопасности является наиважнейшей функцией государства), а также части второй ст. 8, согласно которой нормативно-правые акты, принимаемые Кабмином, должны соответствовать Конституции, нормам части второй ст. 6, части второй ст. 19 и части третьей ст. 113.

В соответствии с постановлениями №1854 и №456 госконцерн «Укратомпром» создавался как хозяйственное объединение государственных предприятий и организаций, в частности, таких, как НАЭК «Энергоатом», Восточный горно-обогатительный комбинат, ГП «Смолы», Украинский научно-исследовательский и проектно-разведывательный институт промышленной технологии, ГП «Дирекция предприятия, строящегося на базе Новоконстантиновского месторождения урановых руд», ГП «Днепропетровский завод прецизионных труб» с передачей в уставный фонд госконцерна производственных и непроизводственных фондов, средств, других ценностей этих предприятий.

То есть госконцерн «Укратомпром» может владеть, пользоваться и распоряжаться собственностью на принципах полной хозяйственной самостоятельности участников концерна. При этом в постановлении Кабмина было определено, что именно НАЭК «Энергоатом» представляет интересы концерна в органах государственной власти, предприятиях, организациях по вопросам производственного, научно-технического развития, инвестиционной, внешнеэкономической и прочей деятельности предприятий — участников концерна. Стоимость основных фондов госконцерна составила 21 млрд. грн., т.е. он является самой крупной компа­нией в Украине.

Госконцерну также поручалось управлять госдолей активов таких научно-исследовательских и проектно-конструкторских институтов, как киевский «Энергопроект», харьковский «Энергопроект» и научно-исследовательский и проекто-конструкторский институт атомного и энергетического насосостроения (г. Сумы). Эти институты за годы независимости стали акционерными обществами, в которых государство владело соответственно 25, 50 и 50% акций.

Концерн рождался в муках
Идея объединения предприятий ядерно-топливного цикла витала в Украине давно. Иметь на территории Украины запасы урановой руды (по объему — наибольшие в Европе), уранодобывающие предприятия, запасы циркониевых руд, владеть технологиями изготовления циркониевых сплавов и при этом торговать просто сырьем в ситуации, когда почти 50% электроэнергии в государстве производится на атомных электростанциях, — не то что не по-хозяйски, но и не по-государственному. Правительственные программы по созданию элементов ядерно-топливного цикла принимались еще в 90-х годах прошлого века. Но, увы, они так и остались на бумаге. Причина банальна — отсутствие финан­сирования. Как отправляли концент­рат урана (так называемый жел­тый кек — окись-закись урана), а также концентрат циркония в РФ, так и отправляем до сих пор. При этом добыча урана упала до 800 тонн концентрата в год, что составляет только треть потребностей для производства свежего ядер­ного топлива для украинских АЭС.

И произошло это в том числе из-за неблагоприятной ценовой конъюнктуры на урановом мировом рынке, когда при высокой себестоимости добычи урана цена за килограмм составляла 16—20 долл. Однако за последние несколько лет ситуация на рынке урана коренным образом изменилась, и теперь на мировом спотовом рынке его цена доходит до 300 долл. за килограмм. В связи с этим даже украинские месторождения с себестоимостью добычи килограмма сырья в 80—130 долл., ранее считавшиеся нерентабельными, стали чрезвычайно привлекательными.

Соединить все предприятия в одну технологическую цепочку — добыча урана, его переработка, с одной стороны; а с другой — добыча и переработка циркониевой руды, изготовление концентрата, цир­кониевых сплавов, проката из них, комплектующих изделий для тепло­выделяющих сборок и фабрикация свежего ядерного топлива на территории Украины — вот чем должно было бы заниматься объединение предприятий в этой отрас­ли. При этом, учитывая основные течения в политике нераспространения ядерного оружия, предполагалось, что услуги по обогащению ура­на и переработке отработавшего топлива (самые чувствительные с точки зрения нераспространения стадии ядерно-топливного цикла) будут покупаться на мировом рынке.

После появления 27 декабря 2005 года указа президента Украины «О решении Совета национальной безопасности и обороны от 9.12.05 г. «О состоянии энергетической безопасности Украины и основных принципах государст­венной политики в сфере ее обеспечения» Минтопэнерго разработало и утвердило своим приказом «План мероприятий по обеспечению энергетической безопасности Украины», которым предусматривалось создание концерна «Укратомпром».

В марте 2006-го была, наконец, принята «Энергетическая стратегия Украины до 2030 года», а Кабмин утвердил «План мероприятий на 2006—2010 годы по реализации «Энергетической стратегии Украины», в котором тоже говорится о необходимости создания «Укратомпрома».

Впервые о возможном включении НАЭК «Энергоатом» в концерн заявил тогдашний глава Минтопэнерго Иван Плачков. Вначале 2006 года был подготовлен проект устава будущего концерна, который начал проходить процесс согласования, причем НАЭК там не фигурировала.

В мае 2006 года вышло распоряжение КМУ об объединении в госконцерн предприятий энергетического машиностроения «Укрэнер­гомаш». Целью объединения являлось обеспечение скоординированных действий этих предприятий не только на внутреннем рынке, но и во внешнеэкономической деятельности. В состав концерна были включены «Турбоатом», «Электротяжмаш», Харьковский государственный приборостроительный завод им. Т.Шевченко и Харьковский электромеханический завод.

Однако распоряжение правительства так и не было выполнено из-за начавшихся сразу же судебных процессов, которые инициировал миноритарный акционер ОАО «Турбоатом» — Мегабанк, владеющий около 1% акций, который в результате таки оспорил в суде правомерность включения «Турбоатома» в энергомашиностроительный концерн. В конце концов, концерн создан не был.

Таким образом, государство хотело создать два концерна: один — для объединения предприятий ядер­но-топливного цикла, а второй — энергомашиностроительных предприятий, что совершенно логично.

С сожалением приходится констатировать, что большинство предприятий ядерно-топливного цикла Украины еле-еле выживали все это смутное время, а ГП «Цирконий» стало банкротом и попало под санацию. Возможно, поэтому и возникла в какой-то «светлой голове» идея пристегнуть к объединению предприятий ядерно-топливного цикла НАЭК «Энерго­атом», который мог бы влить денежные средства для оживления их хозяйственной деятельности.

Но эта новелла имела один очень существенный недостаток — именно НАЭК «Энергоатом» является единственным в стране потребителем продукции всех этих предприятий. Совершенно очевиден конфликт интересов между ним и остальными участниками концерна. Понятно, что в случае лидирующей позиции генерирующей компании в «Укратомпроме» именно она будет диктовать удобные для себя цены и условия, что неприемлемо для остальных участников объединения.

Однако наш самый беспристрастный в мире Антимоно­польный комитет (помните историю с «УкрГаз-Энерго»?) дал свое согласие на создание госконцерна «Укратомпром», не увидев в этом несколько неестественном процессе «ограничений конкуренции на рынке». А ретивый руководитель НАЭК «Энергоатом» умудрился впоследствии «пристегнуть» к себе еще и «Турбоатом», что уж совсем не поддается понимаю с точки зрения логики и государственных интересов. Если уж и «Турбоатом», то почему он один, а не вместе с другими предприятиями энергомашиностроения?

Оказывается, все просто. В СМИ сообщалось, что президент НАЭК «Энергоатом» создал рабочую группу из сотрудников своей компании, которая в течение месяца должна была посетить все крупные предприятия энергетического машиностроения с целью подготовки обоснования о необходимости включения их всех в госконцерн «Укратомпром». Аппетиты А.Деркача росли с каждым днем. В апреле он говорил о необходимости при­соединить к концерну «Укратомпром» Краматор­ский машиностроительный завод, «Энергомашспецсталь», «Насосэнергомаш» (Сумы), «Азовмаш».

В число жертв, по задумке топ-менеджмента «Энергоатома», входил и «Электротяжмаш», производящий турбогенераторы, большие машины постоянного и переменного тока. Однако дирекция этого завода (кстати, единственного государственного предприятия из крупных машиностроительных заводов), почувствовав неладное, а именно — угрозу теневой приватизации, а не перспективу развития предприятия в рамках концерна, приложила максимум усилий, чтобы не войти в эту «братскую могилу» имени А.Деркача. Ведь только 10% выпускаемой продукции этого предприятия предназначено для атомной энергетики, остальное — для гидро- и теплоэлектростанций. Причем, по убеждению директора «Электротяжмаша» В.Че­редника, новые турбины понадобятся атомщикам не раньше, чем через 20 лет. Но кусочек-то был лакомый, поскольку это предприятие имеет в этом году портфель заказов на 500 млн. грн.

Активную поддержку энергомашиностроительным предприятиям в движении сопротивления вхождению в деркачевский концерн оказывало Министерство промышленной политики Украины (о чем публично заявлял министр Головко) и глава облгосадминистрации Харь­ковской области. Этот факт, кстати, очень наглядно иллюстрирует пресловутую сплоченность правящей коалиции в правительстве.

Что касается «Турбоатома», то тут сыграла свою роль общая на то время партийность президента НАЭК «Энергоатом» А.Деркача, председателя Фонда госимущества Украины В.Семенюк и руководителя Мегабанка В.Субботина, акционера «Турбоатома», который судился с КМУ по поводу концерна «Укрэнергомаш». Дальнейшее развитие событий показало, что последнему была обещана должность директора «Турбоатома», которую он и занял в соответствии с сомнительным приказом ФГИУ. И начались суды, инициированные другими акционерами (подробнее см. «ЗН», №29 от 11 августа 2007 года, статья «Социализация турбин»). Беда, коль пироги печет сапожник, а сапоги тачает пирожник, это известно. А когда банкир руководит машиностроительным предприятием, а выпускник 8-го факультета Высшей школы КГБ им.Ф.Дзержинского — атомной промышленностью и ядерной энергетикой страны? Наверное, это можно квалифицировать, как катастрофу.

Устав «Укратомпрома» как «песня о главном»
Наконец, 14 марта 2007 года устав госконцерна «Укратомпром», с нарушением почти на три месяца контрольного срока, определенного постановлением КМУ №1854, был утвержден, а президент НАЭК «Энергоатом» А.Деркач — назначен генеральным директором концерна.

История с подготовкой устава «Укратомпрома» представляет собой настоящий детектив. Минтоп­энерго во главе уже с Ю.Бойко осенью 2006 года рассматривало вариант проекта устава, подготовленного еще во времена правительства Еханурова. Наконец, 22 ноября на заседании профильного правительственного комитета текст постановления о создании «Укратомпрома» как объединения предприятий ядерно-топливного цикла был одобрен. НАЭК «Энерго­атом» не была включена в этот союз равных. Потом после длительной паузы, в виде новогоднего подарка А.Деркачу увидело свет постановление №1854 о создании «Укратомпрома», в котором вдруг НАЭК «Энергоатом» была определена самой главной среди всех участников этого госконцерна, на которую было возложено управление текущей деятельностью
всех (!) предприятий концерна.

В месячный срок госконцерн должен был представить на утверждение устав «Укратомпрома». НАЭК «Энергоатом» разработала проект устава, рассмотрев который, профильный департамент Минтопэнерго решил, что проще подготовить свой вариант, хотя замечания отписали, как положено. Министерский вариант устава был разослан на согласование. Время шло, но проект все не вносился на рассмотрение правительства. Нако­нец, по предложению А.Деркача, создали рабочую группу при КМУ для подготовки компромиссного проекта устава «Укратомпрома». Рабочая группа ударно работала и буквально за три дня написала проект документа.

Однако на заседание правительства 14 марта в пожарном порядке был внесен с голоса и принят проект устава, который не видели ни участники рабочей группы, ни заинтересованные министерства и ведомства. Текст устава абсолютно отличался от всех предыдущих вариантов и не прошел необходимых, согласно временному регламенту работы КМУ, процедур. А визы министров собирали когда в тексте уже ничего нельзя было изменить. Между одобрением устава на заседании КМУ и обнародованием его в базе законодательства Украины прошел практически месяц. А теперь внимание: на веб-сайте юридической компании «Лавринович и партнеры» 27 марта (обратите внимание на даты!) была с гордостью размещена информация о том, что именно эта фирма «осуществила полное (!!!) юридическое сопровождение создания концерна «Укратомпром», которое станет «важным шагом к формированию энергетической безопасности Украины».

НАЭК «Энергоатом» имеет достаточный штат высокооплачиваемых юристов. Однако компания ж небедная — отчего не помочь деньгами сыну министра юстиции, поскольку от этого будет ну только синергический эффект: и нужное положительное юридическое заключение, и беспрепятственное согласование без проблем. Ведь не будет же отец родной «заворачивать» работу своего дитяти. Как такие действия квалифицируются — коррупция прямая или опосредованная?

А теперь, собственно, вернемся к тексту устава.

После его анализа складывается впечатление, что авторы старались свести к минимуму роль Министерства топлива и энергетики, отвечающего за реализацию государственной политики в сфере мирного использования ядерной энергии и к сфере управления которого отнесен госконцерн (п. 1 постановления КМУ №1854).

Генеральный директор концерна назначается и увольняется правительством. Заместитель генерального директора назначается по представлению гендиректора. Правление назначает гендиректор. При этом генерального директора КМУ назначает по представлению правления. Но кто увольняет членов правления, не указано. Ситуация абсурдная, Беккет отдыхает! Генеральный директор концерна сам назначает высший орган управления концерном, который, в свою очередь, имеет исключительные полномочия по увольнению генерального директора! По нормальной человеческой логике, членов правления должен назначать КМУ, как это делается в других госкомпаниях и концернах, с подачи органа государственного управления.

Обеспокоенность вызывает также вопрос управления имуществом концерна. Имущество концерна (п. 4.1 устава) включает в себя «производственные и непроизводственные фонды, средства, другие ценности, которые передаются участниками концерна в хозяйственное ведение и стоимость которых отображается в его бухгалтерском учете». Есть и такой пункт (п. 4.5): имущество концерна является неделимым и не распределяется между участниками. Такие эксклюзивные нормы сильно отличаются от норм устава (который, к слову, тоже был утвержден КМУ 14 марта 2007 г.) авиастроительного концерна «Авиация Украины», имущество которого создается из отчислений участников и доходов от хозяйственной деятельности. Размер, порядок формирования и использования которых определяются положениями о фондах, утверждаемыми правлением этого концерна, за счет исключительно денежных отчислений участников. Опять же членов правления концерна назначает и увольняет КМУ.

В июне стало известно, что приказами генерального директора госконцерна «Укратомпром» А.Деркача были назначены члены правления: А.Деркач (президент НАЭК «Энергоатом»), Н.Константинов (первый вице-президент НАЭК «Энергоатом»), Н.Вашетина (главный бухгалтер НАЭК «Энергоатом»), В.Матов (глава профсоюза работников атомной промышленности). Состоялись и назначения замдиректоров госконцерна «Укратомпром» постановлениями КМУ: С.Диброва (советник президента НАЭК «Энергоатом», историк по образованию), Б.Билык (советник президента НАЭК «Энергоатом», инженер-энергетик), А.Айсин (вице-президент НАЭК «Энергоатом», экономист нефтегазовой отрасли), О.Кулинич (вице-президент НАЭК «Энерго­атом», выходец из СБУ).

Как видите, ни одного (!) представителя других предприятий — участников концерна в руководстве «Укратомпрома» нет. Дискрими­нация, причем абсолютная, налицо. Но генерального директора, сформировавшего под себя «удобное» руководство концерна, это не волнует. Судя по всему, не волнует это и профильного вице-премьер-министра А.Клюева, который одобрил устав концерна.

«Не так сталося, як гадалося»
В одном из интервью в мае этого года первый вице-президент НАЭК «Энергоатом» Н.Константинов сообщил, что принято решение провести акционирование «Энергоатома» и «Укратомпрома» одновременно, при этом акционирования всех госпредприятий, входящих в концерн, не будет. «Да и зачем?» — заметил Константинов.

Действительно, зачем? А после акционирования они планируют выйти на IPO уже в 2008 году. При этом Н.Константинов сказал, что уставный фонд подсчитан на основе балансовой стоимости активов, а рыночная стоимость концерна, по его оценке, составляет не менее 50 млрд. грн., из которых 32 млрд. грн. — рыночная стоимость НАЭК «Энергоатом».

Тем не менее в начале июня Кабмин внес законопроект о внесении изменений в Закон Украины «О перечне объектов государственной собственности, которые не подлежат приватизации», которым было предложено перевести предприятия, входящие в концерн «Укратомпром», из списка №1 (перечень предприятий, не подлежащих приватизации) в список №2 (перечень предприятий, не подлежащих приватизации, но которые могут быть корпоратизированы). Заметим, что ни в одном из перечней концерн «Укратомпром» не значится, и правительство не предложило внести его в какой-либо из списков. Не упоминается он, естественно, и в Законе «О приватизации государственной собственности». Поэтому, действительно, зачем корпоратизировать предприятия, входящие в концерн, если все их имущество является собственностью «Укратомпрома».

Народный депутат пятого созыва, член общественной коллегии НАЭК «Энергоатом» В.Бронников как-то заявил, что если 10% акций «Укратомпрома» продать, то можно получить 2 млрд. грн., которые можно направить на ускорение развития уранового и циркониевого производств, на создание необходимых машиностроительных производств. «Когда мы это отработаем, у нас появится возможность выкупить эти акции, но, понятно, что цена их будет расти, потому что мы создадим новое качество. Это инвестиционный бизнес», — сказал он. Понятнее некуда.

Таким образом, издание президентом Украины соответствующих указов явилось реакцией на угрозу экономической безопасности государства.

Реакция Минтопэнерго, озвученная пресс-секретарем ведомства К.Бородиным, поражает. Оказывается, указы президента на практике реализовать нельзя. Аргументы: «Укратомпром» создан и работает (имеются в виду заместители генерального директора? — О.Д.), утвержден и зарегистрирован устав, концерну переданы полномочия по управлению корпоративными правами государства в предприятиях, входящих в него.

Не верю, как говаривал Станис­лав­ский, не убеждает. На время рассмотрения в Конституционном суде устав не будет действовать, а топ-менеджмент концерна не будет иметь права управлять корпоративными правами государства, и слава Богу! (Если, конечно, они не оформят свои насущные решения задним числом.) От этого небо на землю не обрушится, а предприятия, входящие в состав концерна, как работали, так и будут работать. Им даже лучше будет, поскольку запрет Восточному ГОКу продавать урановый концентрат иначе как дискриминацией не назовешь. Он мог бы продавать часть своей продукции на спотовом рынке по 300 долл. за килограмм, а не по 70 долл. — в свой урановый резерв НАЭК «Энергоатом». Не факт, что цена на уран будет стабильно повышаться, она во многом спекулятивна. Потому надо бы воспользоваться моментом.

Полагаю, что топ-менеджмент «Укратомпрома» и НАЭК «Энерго­атом» никак не ожидали такого поворота событий. И теперь судорож­но ищут выход из сложившейся ситуации, о чем можно судить и по вышеприведенным комментариям пресс-секретаря Минтопэнерго.

Ну не могло выжить образование, которое было уродцем еще в стадии зачатия. Процесс его рожде­ния, сопровождавшийся подковерными играми, обманом участников процесса, и привел к тому, что родовые травмы оказались несовместимы с жизнью. Надеюсь на это…

 

Автор
Зеркало Недели
НОВОСТИ / Энергетика