20 августа 2019 10:59

Чем грозит Украине глобальная рецессия?

Чем грозит Украине глобальная рецессия?

В последние недели лета 2019 года грозовые тучи над мировой экономикой, ходившие последние месяцы по горизонту, начали стремительно сгущаться, предвещая скорую бурю. Мир после десятилетия уверенного экономического роста вновь оказался на грани рецессии. И речь сейчас не идет о том, будет или не будет спад, а только о том, какой будет глубина и длительность падения.

Наша страна многие годы является частью мировой экономики, поэтому проблемы на глобальных рынках неизбежно коснутся каждого из нас. Причем, ориентация украинской экономики на экспорт сырья приведет к тому, что собирающийся над головами шторм может ударить по нам больнее, чем по соседям с более развитыми национальными рынками и более эффективной системой госвласти. Насколько упадет в этот раз украинская экономика и девальвируется гривна, во многом будет зависеть от профессионализма, быстроты реакции и слаженности новой властной команды.

Индикаторов грядущей скорой экономической рецессии за последнее время было множество, как и ее причин. В среду, 14 августа, на рынке государственного долга крупнейшей экономики мира — США был зафиксирован один из самых знаковых признаков грядущей беды: доходность самых коротких долговых госбумаг — двухлетних — превысила доходность аналогичных, но десятилетних бумаг. Это явление, говорящее о том, что инвесторы видят больше риска в краткосрочной перспективе, чем в долгосрочной, называют инверсией. И произошло это впервые за последние одиннадцать лет. За последние четыре десятка лет за инверсией всегда следовала рецессия, включая памятный многим 2008 год.

В последние месяцы ключевые экономики мира — американская, китайская, немецкая — испытывали нагромождение проблем. Масла в огонь подливали воинствующие заявления президента США Дональда Трампа о необходимости усиления протекционизма, введения пошлин на китайские товары и возможном выходе крупнейшей экономики мира из Всемирной торговой организации. Начавшаяся торговая и валютная война между Вашингтоном и Пекином привела к снижению темпов роста китайской экономики до минимального с 2002 года уровня. А так как Китай является крупнейшим покупателем немецкой продукции, а также товаров других стран Евросоюза, то эта связь начала тянуть в рецессию и наших европейских соседей. Экономика мотора Евросоюза — Германии — с апреля по июнь сократилась на 0,1 процент. Если эта тенденция сохранится ближайшее время, это будет означать рецессию.

В американской экономике, несмотря на бодрые заявления Трампа, дела обстоят также не очень хорошо. Доверие инвесторов к разуму правителей и способности рынка к саморегулированию подорвано. Экономисты и банкиры ожидают, что в сентябре американский центробанк — ФРС — впервые за длительное время снизит ставки, а в 2020 году последует новое снижение. По прогнозу банка Morgan Stanley, если администрация Трампа в ближайшее полугодие поднимет на четверть тарифы на импортируемые из Китая товары, то экономика США однозначно уйдет в рецессию.

Так как любая экономика мира несет в себе субъективную составляющую: нервную реакцию участников рынка и населения на поток негативных новостей, то наиболее уязвимые экономики могут начать падение в пропасть в любой момент. А падение ключевых «карт» приведет к разрушению всего карточного домика. И ошибается тот, кто полагает, что Трамп и другие разжигатели мирового финансового кризиса не ведают, что творят. Все они прекрасно понимают. Политикам выгодно выглядеть решительными супер-мачо в глазах своего электората.

Например, Трамп в 2020 году планирует переизбраться на второй срок. Они рассчитывают, что экономические оппоненты под их напором сдадутся, отступят. Банкиры и бизнесмены ждут от грядущего кризиса новых возможностей и нового богатства. А проиграют, как всегда, средний класс и бедняки.


И этой волной накроет Украину. Как это будет происходить? Предсказать грядущие беды помогут воспоминания о тревожной осени 2008 года. По классике развития любого экономического кризиса, вначале на мировом рынке начали падать цены на сырьевую товарную продукцию. В нашем случае — на руду и металлы, составляющие значительную часть в украинском экспорте. Почуяв жареное, нерезиденты начали продавать находившиеся в их портфелях гособлигации, менять гривны на [иностранную] валюту и выводить ее. И тогда посыпался курс: национальная денежная единица скатилась с 5,6 гривны за доллар в сентябре 2008 года до 7 гривен в ноябре и до 10 в канун нового 2009 года. Затем, правда, курс несколько отыграл до уровня в 8,3 гривны. Нацбанк растратил значительную часть валютных резервов в попытке поддержать падающий курс, но эти попытки имели ограниченное влияние.
В 2009 году валовый внутренний продукт Украины сократился в долларовом эквиваленте на 36 процентов, инфляция превысила 22 процента, зарплаты сократились, многие потеряли работу, банки прекратили кредитование и финансирование ипотеки, цены на недвижимость упали, что привело к замораживанию строительства более 80 процентов строительных проектов. Многие украинцы, особенно те, кто сдуру взял в сытые годы валютные кредиты, вспоминают те времена с содроганием. Для части наших соотечественников выход на докризисный уровень занял десятилетие, а некоторые до сих пор не смоги восстановиться после падения 2008 — 2009 годов. Были, конечно, единицы тех, кто в итоге выиграл и приобрел в результате открывшихся возможностей большое состояние и, возможно, выбился в класс младоолигархов. Но это были лишь единицы на фоне обнищавшей массы.

Десять лет назад экономика Украины ослабла намного сильнее, чем экономики большинства стран мира, а украинцы нищали более высокими темпами, чем граждане более высокоразвитых стран. Причины этого феномена известны: высокая экспортная ориентированность национальной экономики, слабая ее диверсификация, значительное превышение импорта над экспортом. Но самая главная причина заключалась в неспособности руководивших в то время страной политиков и государственных управленцев эффективно противостоять кризису.

Президент Виктор Ющенко ввязался в публичное противостояние с премьер-министром Юлией Тимошенко. Каждый хотел улучшить свои позиции к президентским выборам 2010 года и каждый хотел утопить конкурента. В эту отчаянную бессмысленную войну был втянут нацбанк и другие госорганы. Многие могут вспомнить популистские инициативы Тимошенко по раздаче тысячи гривен вкладчикам советского Ощадбанка, что привело лишь к росту инфляции.

Тогда казалось, что из своих тактических соображений как президент, так и глава правительства сознательно идут на обострение и ухудшение ситуации. Один из самых выдающихся президентов США Авраам Линкольн в 1858 году, за несколько лет до начала Гражданской войны, делая отсылку к одному из евангелистов, сказал: «Дом, разделившийся сам в себе, не устоит». Именно это и произошло десять лет назад в Украине. В результате, как вы помните, мимо президентского кресла пролетели как Ющенко, так и Тимошенко. И к власти пришел трижды несудимый донецкий «проффесор» (так в тексте — прим. ред.) Виктор Янукович, а Юлия Владимировна была отправлена в тюрьму за газовую сделку с Владимиром Путиным. Все мы знаем, чем все это закончилось.

Совсем иной пример в те годы продемонстрировали соседи в Польше, которым при правильной и слаженной работе государственного аппарата и бизнеса и поддержке Евросоюза удалось не допустить скатывания страны в рецессию. В 2008 году темпы роста ВВП Польши снизились до 5,1 процента, а в 2009 году — до 1,8 процента с 6,8 процента в докризисном 2007 году. Для сравнения, в 2009 году падение ВВП Украины составило 14,8 процента. Значительная работа, проведенная в предшествующие кризису годы поляками по экономическому реформированию, привлечению частных инвестиций, повышению производительности труда и облегчению условий работы бизнеса, принесла свои плоды. К сожалению, украинские политики оказались не готовы к историческому вызову, и все спустили в унитаз политического противостояния и экономического кризиса.


Президент Владимир Зеленский после июльских досрочных парламентских выборов получил уникальную возможность провести синхронизацию действий всех ветвей украинской власти. Выборы позволяют сформировать пропрезидентское большинство в Верховной раде и назначить поддерживаемое этим большинством правительство профессионалов. С формированием в конце августа — начале сентября нового кабинета министров во главе национальной экономики появится новая команда, от профессионализма которой будет зависеть выживание нашей страны в условиях надвигающего кризиса. Безусловно, это будет серьезное испытание для новой генерации украинских управленцев. Одному из наиболее реальных претендентов на пост нового главы правительства Алексею Гончаруку в 2008 году было 24 года, президенту Зеленскому — 30 лет, кандидату на пост спикера обновленной Рады Дмитрию Разумкову — 25 лет. Все молодые руководители Украины, безусловно, хорошо помнят то время, могут провести личный анализ ошибок бывших топ-менеджеров страны и сделать выводы. И дополнить этот анализ обращением к опыту более успешных соседей.
Украина входит в бурные воды. И пройти их можно лишь с хорошо организованной командой антикризисных управленцев, понимающих, что и как нужно делать. Очевидно, что первыми шагами нового правительства должен быть комплекс мер по стимулированию экономики, возобновлению сотрудничества с Международным валютным фондом, активная приватизация госсобственности, открытие барьеров для прихода в нашу страну частного бизнеса, развитие предпринимательства на национальном уровне, запуск рынка земли.

Новый кабинет министров вместе с министерством финансов и нацбанком должны уточнить программу работы с госдолгом и минимизировать угрозы по другим критическим направлениям. Потому что первые звоночки кризиса, как мы знаем, начинают звенеть с распродажей нерезидентов ОВГЗ (облигации внутреннего государственного займа — прим. ред.) Украины. А на текущей неделе напуганные пророчествами о грядущем кризисе зарубежные инвесторы, держащие в своих портфелях облигаций на 81 миллиард гривен, приостановили покупку госбумаг. До начала их продажи остался один шаг. И, наконец, новые украинские власти должны не забывать слова Линкольна о «разделившемся доме», у которого нет шансов устоять под напором бури. А она — не за горами.