11 июня 2007 16:32

Деньги в трубу

Майская авария на магистральном газопроводе Уренгой—Помары—Ужгород, по которому российский газ поставляется в Европу, стала ключевым событием в истории Украины как транзитной страны. Дело, конечно, не в самой аварии, невзирая на всю ее серьезность, а в последних изменениях на политэкономической карте Европы, произошедших, в первую очередь, при настойчивом участии России. Именно с подачи северной соседки с конца прошлого года довольно быстро продвигаются проекты строительства сразу нескольких нефте- и газопроводов, ряд важных событий произошел в апреле-мае (подробнее — см. бокс «Что произошло»). Причем срок завершения строительства новых маршрутов — конкурентов украинских трубопроводов истекает уже через три-пять лет.

Отношение отдельных стран Европы к энергетическим проектам, инициируемым Россией, значительно изменилось, причем в лучшую сторону. Тогда как в отношении Украины наблюдается обратная реакция. После аварии на магистральном газопроводе представитель комиссара Еврокомиссии по вопросам энергетики Ферран Таррадельяс Эспуни потребовал модернизировать украинскую ГТС, а если аварии повторятся, то Евросоюз намерен «рассмотреть возможность активного финансирования альтернативных путей доставки газа в Европу».

Все это грозит Украине вполне реальными финансовыми потерями. Транзитные возможности нашей страны на сегодняшний день составляют около 120 млрд кубометров газа и около 50 млн т нефти. При текущей загрузке нефте- и газотранспортной систем и действующих тарифах на транспортировку Украина зарабатывает от $1,7 до $2 млрд на транзите газа (в прошлом году в Европу прокачано почти 114 млрд кубометров) и около $40 млн на транзите нефти (почти 45 млн т).

«ВД» разбиралась, какие из новых проектов транспортировки газа и нефти на подходе, и сколько денег они отберут у Украины.


Время считать потери

Шесть новых трубопроводов, которые могут быть построены в ближайшие пять лет, должны кардинально изменить конфигурацию поставок нефти и газа из Центральной Азии и России в Европу. О проектах новых трубопроводов было известно давно, но в Украине на них не очень-то реагировали. Во-первых, срок завершения строительства казался слишком далеким, во-вторых, поскольку большинство проектов транснациональные, они никак не могли стартовать из-за разногласий участников. Но времена меняются. Нефтепровод Баку—Тбилиси—Джейхан, долгое время бывший мифом-долгостроем, уже год как работает. За некоторые другие проекты их участники тоже взялись с небывалой прытью.

Украина же оказалась в роли разменной монеты в отношениях потребителей и поставщиков нефти и газа. Заинтересованная в своем доминировании Россия нашла общий язык не только с потребителями, но и с владельцами конкурирующих ресурсов (той же казахстанской нефти). Сформировав баланс интересов, устроивший все стороны, она получает возможности игнорировать интересы транзитеров.

К 2009 г. ожидается окончание строительства нефтепровода Бургас—Александруполис, появится ясность в вопросе загрузки нефтепровода Баку—Тбилиси—Джейхан, уровень которого пока оставляет желать лучшего (в 2006 г. — около 8 млн т при проектной мощности 50 млн т). Мощность нефтепровода Бургас—Александруполис на первом этапе составит 35 млн т. Потери для Украины можно подсчитать «по максимуму» — при желании Россия перекинет с украинских магистралей на новый маршрут весь объем, который «влезет» в новую трубу. А может, по мнению экспертов, для начала «осушить» трубу Одесса—Броды, по которой в прошлом году в реверсном режиме транспортировано 3,4 млн т. Итого потери в денежном выражении составят минимум $3 млн, максимум — $30 млн, то есть более половины нынешних доходов от транзита нефти. Если же в 2012 г. будет введен в действие нефтепровод Констанца—Триест, Украине, возможно, придется распрощаться с призрачной, но до сих пор теплящейся надеждой зарабатывать деньги на поставках нефти в прямом направлении по Одесса—Броды, поскольку данные нефтепроводы — прямые конкуренты. В то же время директор консалтинговой компании UPECO Сергей Куюн говорит, что возможность потерять часть транзита присутствует всегда, что же касается проекта Бургас—Александруполис, то он нацелен на юг Европы, в то время как Одесса—Броды — на север. Так что альтернативный проект не лишит полностью перспектив украинский нефтепровод, хотя и обострит конкуренцию.

Пока остается открытым вопрос, может ли навредить Украине последнее решение российского правительства о строительстве второй очереди Балтийской трубопроводной системы (БТС-2). Ведь магистраль перетянет объемы, транспортируемые по территории Беларуси. Как известно, к решению о реализации проекта БТС-2 Москву подтолкнул нефтегазовый конфликт с Минском. Мощность будущей трубы — 75 млн т в год. Причем важен сам принцип — Россия чувствует себя безраздельной хозяйкой положения. В случае конфликта с действующими транзитерами углеводородов подобная участь может постигнуть любой неподконтрольный ей маршрут.


Газовый пасьянс

К 2012 г. может существенно снизиться доход Украины и от транзита газа. По словам представителя EON Ruhrgas в Украине Энке Хильмара, когда будет построена вторая нитка трубопровода Nord Stream, наверняка объем 27,5 млрд кубометров газа будет переброшен с основного украинского газопровода Уренгой—Помары—Ужгород. То есть около четверти всего транзита газа через Украину пойдет в Европу уже другим путем. Это минус $409 млн в год.

Впрочем, новые проекты транспорта нефти и газа в Европе открывают перед Украиной и определенные перспективы. По словам пресс-секретаря Минтопэнерго Константина Бородина, подписанное между Россией и Туркменистаном соглашение о строительстве Прикаспийского газопровода открывает новые транспортные возможности для Украины. «Если проект будет реализован, это позволит нам говорить о возможности строительства, совместно с российскими партнерами, новой трубы мощностью 30 млрд кубометров газа и увеличения на эту цифру транзита», — сказал г-н Бородин. Наиболее короткое транспортное плечо до Европы от этого газопровода, если трубу продлить до Ужгорода, может пройти через Украину.


ПРОТИВОСТОЯНИЕ РАСТЕТ

Страны — фигуранты транспортно-углеводородных отношений недавно разбились на два лагеря. В результате майской поездки Владимира Путина в Центральную Азию и его переговоров на энергетические темы с президентами Казахстана и Туркменистана был сформирован один «пул союзников». Этот вояж российского президента можно рассматривать как ответ на энергетический саммит в Кракове, на котором ряд стран, в том числе Украина, пытались ограничить российскую энергетическую экспансию. В результате «малые», в основном энергозависимые страны-транзитеры, сумели договориться о создании очередной компании по достройке участка Броды—Плоцк. Российско-центральноазиатская коалиция оказалась более эффективной. По сути, проведенные переговоры дали зеленый свет проекту Бургас—Александруполис. Дело в том, что Россия долгое время блокировала проект расширения нефтепровода Тенгиз—Новороссийск, который управляется Каспийским трубопроводным консорциумом (КТК). Из-за этого в прошлом году транснациональные компании, добывающие нефть на Каспии (Chevron, Statoil, ConocoPhilliрs, Total), не «перебросили» свои объемы нефти на заработавший маршрут Баку—Тбилиси—Джейхан. Россия пошла им навстречу с практической целью — заполучить союзников, приняв решение об увеличении мощности КТК с 32 до 67 млн т в год. В свою очередь Казахстан обязался обеспечить своей нефтью часть транзита по трубопроводу Бургас—Александруполис. Кроме того, президенты России, Казахстана и Туркменистана договорились о строительстве Прикаспийского трубопровода, в результате чего поставки газа по маршруту Средняя Азия—Центр к 2010 г. увеличатся в два раза — до 90 млрд кубометров.

Таким образом, Россия взялась построить трубопроводы — конкуренты всем альтернативным маршрутам поставок углеводородов в Европу. Она блокирует строительство неконтролируемых ею энергоресурсных коммуникаций — нефтепроводов Одесса—Броды—Плоцк, Джейхан—Самсун, Бургас—Влера, Констанца—Триест, а также газопроводов Nabucco и Супса—Феодосия (по дну Черного моря). Одновременно Москва создает проекты под собственным контролем, такие как БТС–2, Трансбалканский газопровод и Nord Stream.

ЧТО ПРОИЗОШЛО

В марте 2007 г. Россия, Греция и Болгария подписали в Афинах межправительственное соглашение по проекту строительства нефтепровода от болгарского Бургаса до греческого Александруполиса. Документ уже ратифицировали парламенты России и Болгарии. Между тем Болгарию аналитики считали самым рискованным звеном проекта: в отличие от Греции, у нее был выбор направления новой трубы. Альтернатива — нефтепровод из Бургаса через территорию Македонии в албанский порт Влера, который собиралась построить American Macedonian Bulgarian Operation Сo. Ltd. (AMBO) при участии американских компаний.

В апреле 2007 г. подписана декларация о строительстве трубопровода Констанца—Триест, который пройдет по территории Румынии, Хорватии, Сербии, Словении и Италии. Российские СМИ уже успели съязвить, что активность по этому проекту появилась «вдогонку» продвинувшемуся дальше Бургас—Александруполис. Новые нефтепроводы увеличат пропускную способность черноморского региона минимум на 50 млн т нефти в год, а максимум — на 150 млн т. Так что Украина получает уже двух конкурентов так и не запущенной в прямом направлении трубы Одесса—Броды.

Не менее опасны для Украины и внутренние российские маршруты с выходом к мощным портам. Так, 21 мая 2007 г. российское правительство утвердило проект строительства второй очереди Балтийской трубопроводной системы.

Продолжается строительство и новых газопроводов. Около 100 млрд кубометров в основном российского и туркменского газа будут транспортироваться в европейском направлении новыми путями, отбирая тем самым украинский «трафик». Наиболее мощные проекты — Nord Stream и Nabucco. Первый проект — транспортировка российского газа в Германию по дну Балтийского моря предполагает строительство двух ниток трубопроводов мощностью по 27,5 млрд кубометров в год. По нему пойдет газ, полученный за счет увеличения добычи на полуострове Ямал. Второй проект поддерживается Евросоюзом и предполагает транспортировку газа из Центральной Азии в Австрию. Он был разработан в пику планам России сохранить доминирующее положение при поставках энергоносителей в Европу. Маршрут должен пройти по территории Турции, Болгарии, Румынии и Венгрии. Сейчас ведется строительство отрезка Баку—Тбилиси—Эрзурум, который считается составной частью проекта Nabucco.


СПРОС И ПРЕДЛОЖЕНИЕ

Страны ЕС потребляют около 700 млн т нефти и около 480 млрд кубометров газа в год. Около 25% энергоресурсов поступает из России. Потребление нефти и газа европейскими странами к 2030 г. должно вырасти на 70%.

Наибольшие разведанные запасы нефти находятся на Ближнем Востоке (более 60% от мировых), далее идут Россия, Казахстан, Азербайджан, Туркменистан и Узбекистан (суммарные запасы — около 10%). Мировые запасы газа Центральной Азии, России (около 35%) и стран Ближнего Востока (около 40%) в целом сопоставимы.

В 2006 г. в России было добыто 480 млн т, в 2007-м планируется 490 млн, хотя темпы прироста добычи снижаются. К 2015 г., по прогнозу минэкономразвития РФ, добыча нефти составит 514 млн т.

В Казахстане в 2006 г. было добыто 64,8 млн т нефти, к 2015 г. объемы добычи должны вырасти до 150 млн т.

Туркменистан до 2030 г. планирует увеличить объем добычи газа до 250 млрд кубометров в год, нефти — до 110 млн т. В 2005 г. было добыто 9,5 млн т нефти и 63 млрд кубометров газа.

 

Автор
Власть Денег
Источник
НОВОСТИ / Нефть и газ