28 марта 2019 18:20

С рыбным браконьерством нужно бороться не только у воды

Размеры штрафов за незаконный вылов не покрывают убытков для природы

С рыбным браконьерством нужно бороться не только у воды

Некогда Днепр и другие крупные реки славились многочисленными популяциями осетровых, которых сегодня рядовой украинец может увидеть разве что на картинках. Браконьерство – один из факторов, который привел к существенному снижению количества осетровых в Украине. Накануне начала действия моратория на вылов рыбы, который связан с началом нереста, координатор трансграничного проекта Европейской комиссии LIFE «Жизнь дунайским осетровым» Инна Гоч рассказала iAgro о состоянии борьбы с рыбным браконьерством в Украине, сравнив его с ситуацией в западных странах, и объяснила, почему система наказания браконьеров малоэффективна.

Проект «Жизнь дунайским осетровым» стартовал в Украине в 2016 году. Его появление связано с тем, что эти виды рыб, нуждающихся в охране, живут давно также и на нашей территории.

Следует отметить, что 5 из 6 видов украинских осетровых является мигрирующими, и раньше они для нереста поднимались из Черного моря в три большие реки Украины – Днепр, Днестр и Дунай. Но сегодня Днепр фактически превращен в каскад водохранилищ, и осетровые могут подняться разве что на 85 км от устья вверх по течению. Более 300 км пространства для осетровых осталось в Днестре, и более 800 км – в Дунае. Практически на сегодня Дунай – единственная в Украине река, где происходит естественный нерест мигрирующих осетровых.

У нас есть общий со странами, по территории которых протекает Дунай, проект повышения возможностей природоохранных и правоохранительных органов защитить осетровых от исчезновения. Также проект направлен на работу с рыболовными сообществами и введением эффективного законодательного регулирования в этой сфере.

В Украине охраной осетровых занимаются Экологическая инспекция, Госрыбагентство, а также Государственная пограничная служба на участках, близлежащих к государственной границе. Также есть еще заповедные объекты, инспекторы которых имеют право заниматься охраной осетровых.

Что касается фактического состояния охраны осетровых, то по сравнению с 2016 годом ситуация несколько улучшилась. К примеру, если сравнить страницу Facebook Одесского рыбоохранного патруля, то можно увидеть, что количество случаев разоблачения таких нарушений возросло не только в отношении браконьерства, но и на рынках, даже на знаменитом Привозе.

Но все же ситуация с охраной осетровых все еще далека от идеальной. Большую роль в борьбе с браконьерством играет и неотвратимость наказания за нарушения. К сожалению, в Украине система наказания за браконьерство, в том числе и осетровых, построена не совсем эффективно, хотя оно предполагает как уплату штрафа за административное нарушение, так и компенсацию убытков. И если штрафы с браконьеров еще как-то взимаются, то убытки, размер которых может достигать 100 тыс. гривен за одну особь белуги или 48 тыс. гривен — за стерлядь, почти не удается взыскать никогда.

Причина в том, что наказание браконьеров — двухступенчатый процесс: сначала орган, обнаруживший факт правонарушения, фиксирует его и подает документы на нарушителя в суд, где и принимается решение об уплате штрафа. И только после того, как суд решит, что браконьер действительно нарушил законодательство, рыбоохрана или иной правоохранительный орган повторно обращается в суд уже для возмещения ущерба.

Это значительно усложняет наказание браконьера в полной мере, так как второе обращение в суд уже предусматривает уплату судебного сбора, на который у многих природоохранных органов просто не хватает средств. Есть также опасность, что пока дело по компенсации убытков дойдет до фактического рассмотрения в суде, истечет срок привлечения к ответственности. И третья проблема возникает, если рыбоохрана направляет документы в отношении нарушителя в прокуратуру, у которой к преступлениям против природы не очень-то есть дело. К тому же, если перед браконьером возникает угроза уплаты убытков на сумму в 100 тыс. гривен, он будет искать любые пути «порешать» этот вопрос.

В результате мы знаем такие примеры, когда браконьер поймал белугу, в которой только икры на 20 тыс. долларов, но фактически он заплатит только 850 гривен штрафа, а до покрытия убытков государству дело так и не дойдет.

Гораздо эффективнее борьба с браконьерством происходит в случае, когда с ним борются не только «у воды»: важно пресекать не просто незаконный вылов, но и незаконную перевозку и незаконное потребление продукта. Вспоминается случай в Румынии, где в одном из ресторанов продавалось мясо осетровых, и клиенты засомневались в легальности происхождения рыбы. Они подали жалобу, контролирующий орган (что-то вроде украинской Госпродпотребслужбы) проверил ресторан и обнаружил, что рыба таки дикая, то есть, ее не могли продавать в ресторане легально. Как результат, владельцы ресторана получили штраф такого размера, что вынуждены были закрыть свое заведение. Подобный контроль в украинских реалиях пока не работает.

Во многом правы и наши американские коллеги, которым удалось пока единственным в мире восстановить уже практически исчезнувшую популяцию осетровых. По их мнению, во многом успешная борьба с браконьерством зависит и от уровня жизни. Если он высок, то браконьерство само по себе отходит на задний план.

Но пока в Украине уровень жизни далек от того, который есть в США, остается использовать все имеющиеся рычаги для борьбы с браконьерством и призывать граждан к сознательному восприятию запретов на вылов осетровых.