01 июня 2021 13:58

Украина решила возобновить приватизацию крупных предприятий. Ко времени ли?

Большая приватизация или большая коррупция?

Украина решила возобновить приватизацию крупных предприятий. Ко времени ли?

«Приватизация» — как много в этом слове смыслов! Это и разгосударствление, и привлечение эффективного собственника, и распродажа за бесценок, и «зрада» национальных интересов, и очередной обман граждан (просим прощения, если что-то упустили).

Приватизация крупных предприятий была остановлена в прошлом году в связи с пандемией, «чтобы не продать за бесценок» из-за невозможности участия крупных иностранных игроков. Удастся ли теперь хорошо «продать» гособъекты и надо ли их вообще продавать?

За и против большой приватизации
По действующему закону, большой приватизацией сейчас является продажа государственных объектов балансовой стоимостью свыше 250 млн грн. Хотя рыночная стоимость многих предприятий может быть как существенно выше, так и ниже этого порогового значения. Предполагается, что это определится на тендере при продаже этих предприятий.

Вот только вопрос: определится ли? Но об этом ниже.

Сторонники приватизации крупных госпредприятий утверждают, что эти предприятия являются большой коррупционной «кормушкой» чиновников, поэтому их надо отдать в частные руки. Хотелось бы задать вопрос: а других способов побороть коррупцию в государственном секторе экономики нет? Для чего тогда такое обилие антикоррупционных институтов, как государственных, так и общественных? И где гарантии, что в коррумпированной системе госуправления приватизация опять пройдет без коррупции?

Следующий аргумент за — убыточность большинства и недостаточная эффективность остальных госпредприятий, то есть «государство — неэффективный собственник». Спорить не будем. Но возникает вопрос: для чего тогда внедряется так называемая реформа корпоративного управления в госсекторе экономики? Или ее цель не повышение эффективности, а высокие заработки безответственных членов наблюдательных советов?

Противники же большой приватизации заявляют, что нельзя продавать прибыльные предприятия (куриц, несущих золотые яйца). Но простые граждане могут спросить, а кому эти «курицы» несут «золотые яйца»?

Тем не менее приватизация государственных предприятий в Украине не только назрела, а давным-давно перезрела.

Плохо только то, что хорошие времена для продажи государственных активов, к сожалению, в прошлом. Идеальная ситуация была в первой половине 2008 года, когда по неофициальному заданию руководства Кабмина группа экспертов провела экспресс-оценку с выводом, сколько в тот момент можно было выручить за государственные активы (разрешенные к приватизации). И это оказалось порядка 80 млрд грн, а с учетом курса доллара около 5 грн эта сумма могла составить 16 млрд долл. США! Но по «внутриполитическим» причинам продажа многих объектов была заблокирована, и мы надеемся, что всем понятно, что это означает?

Государственные же активы с тех пор в цене не выросли, а только упали.

Почему предприятия падают в цене и удастся ли их продать «дорого»

Стоимость предприятий не существует сама по себе независимо от ситуации в стране и/или на рынках. Изменение цен на продукцию тоже влияет на стоимость предприятия. Например, если цены на металл на мировых рынках растут, то растет и цена на предприятие, выпускающее этот металл. И наоборот.

Конечно же, активы предприятий изнашиваются, и если в них не инвестировать, то увеличивается их физический износ. Также увеличивается износ функциональный, или, как многие привыкли считать, «моральный» в связи с изменениями в технологиях производства, когда новое оборудование потребляет меньше энергии или меньше загрязняет окружающую среду. В этом случае потенциальный инвестор хорошо просчитывает, есть ли смысл покупать оборудование с устаревшей технологией или дешевле купить новое? И тут оказывается, что зачастую ценность для инвестора представляет местоположение с инфраструктурой, а не устаревшее оборудование, которое во многих случаях отправляют на металлолом.

Все это влияет на стоимость предприятия и на то, будет ли интерес у покупателей к приватизируемому предприятию по сравнению со строительством нового предприятия, учитывая коррупционные риски для нового строительства.

Поэтому продавать то, что государству не нужно, или то, чем владеть нет смысла, надо побыстрее, пока стоимость не ушла в ноль.

Что продавать и как

Поскольку активы стареют, то нашему государству давно пора отказаться от функции «кладовщика устарелых вещей». Вопрос только в следующем: что продавать (приватизировать)? кому продавать? как продавать? Чтобы продать как можно быстрее.

Хотя в практике приватизации часто звучал вопрос: а как продать конкретному (назначенному) покупателю и не нарушить закон? И вот здесь мы подходим к самой большой коррупционной проблеме в приватизации: как все же продавать на конкурентных условиях? Ведь нужно признать, что попытки продавать активы «малой приватизации» во многом убрали коррупцию с рынка, хотя некоторые проблемы остались. Но как убрать коррупцию из большой приватизации?

 Как ограничивалась конкуренция в прошлом

Очень простыми приемами: необоснованными требованиями к участникам иметь опыт работы с объектом продажи или многолетний опыт работы в Украине, короткими сроками на подготовку заявки (явно нереальными для потенциальных иностранных участников), приостановкой приватизации с последующим внезапным возобновлением и продажей на следующий день и др.

А поскольку это происходило с самыми «вкусными» активами, то при смене власти или через суды к «победителям» появлялись обоснованные претензии, и в отдельных случаях результаты конкурсов отменялись и объекты возвращались в государственную собственность, как правило, без всякой компенсации. Например, первая продажа «Криворожстали».

Многие «пострадавшие» покупатели впоследствии сожалели, что пошли «легким путем», завершившимся фиаско. Характерный пример — приватизация предприятия «Лугансктепловоз». Конкурс в марте 2007 года выиграло предприятие, подконтрольное «Трансмашхолдингу», за которым стоял известный российский бизнесмен. За украинского отраслевого монополиста было заплачено всего на 100 тыс. долл. выше стартовой цены в 58,5 млн долл. К конкурсу не были допущены украинские компании. А в январе 2008-го Верховный суд Украины поставил точку в деле о незаконности приватизации 76% акций АО «Лугансктепловоз». Но история на этом не закончилась, так как через некоторое время в рамках международной конференции на инвестиционной панели встретились представитель Фонда и депутат Государственной думы РФ, последний обрушился с обвинениями в адрес Украины, где «у российских инвесторов забирают собственность». На просьбу украинского участника уточнить, о чем идет речь, депутат гневно продолжил: «Ну как же, ваши чиновники за взятку продали «Лугансктепловоз», а потом его отобрали!». После следующего уточняющего вопроса: «Вы хотите сказать, что ваш уважаемый бизнесмен за взятку что-то в Украине купил?», дискуссия под смех в зале по этому вопросу сразу сошла на нет.

В то же время в истории украинской приватизации немало позитивных примеров: чего только стоит повторная продажа предприятия «Криворожсталь». Мало кто ожидал, что в открытой конкурентной борьбе победитель конкурса предложит и заплатит более 24 млрд грн. Стоит отметить, что это была не столько стоимость крупного украинского предприятия, сколько борьба за позицию первого игрока на мировом рынке производства стали и за роль лидера в предстоящем слиянии компаний «Миттал Стил» и «Арселор». То есть это был тот случай, когда покупатель готов был заплатить стоимость большую, чем рыночная, и в конечном итоге заплатил.

Конкурентной была также первая продажа Одесского припортового завода в 2009-м. Результаты того конкурса, к сожалению, были отменены, хотя, по мнению и организаторов конкурса, и ряда экспертов, сговора между участниками не было. Просто за предприятие хотелось получить 8 млрд грн, а торги остановились на цифре 5 млрд, то есть при курсе 8 грн за доллар это было 625 млн долл. В последующем к этой цифре не удалось даже близко подойти, что доказывает конкурентность, неудачность решения по отмене конкурса и то, что предприятия надо вовремя продавать, пока их стоимость не начала падать.

Конкурентные конкурсы — видимость или реальность?

В свое время один из прежних руководителей ФГИУ сказал: «Нет ничего проще продать объект по закону. А вот продать это имущество определенному покупателю — это искусство». Если перевести с эзопова языка на нормальный: как продать заранее определенному покупателю, уплатившему взятку, и при этом сделать вид, что была конкуренция, а закон не нарушен?

Конечно, говорить, что все конкурсы были «для видимости», сильное преувеличение. Тем более что многие объекты (например, пакеты акций) продавались на биржах. А это по определению конкурентный способ продажи. Применяемый сегодня способ продаж через электронные торги для так называемой малой приватизации через ProZorro также конкурентный. Хотя и вызывает вопросы практика ограничения количества шагов. Авторы действующего закона, наверное, попытались обойти так называемое проклятие победителя (боязнь рационального участника заплатить чрезмерную плату), предлагая участникам сразу выходить с собственной лучшей оценкой. При этом ссылки на авторов теории аукционов, лауреатов Нобелевской премии Роберта Уилсона и Пола Милгрома недостаточно убедительны. От некоторых участников аукционов в Украине поступала информация, что они готовы были заплатить больше, но торги закончились. А ведь суть теории Уилсона — продажа объектов со значением, которое заранее не определено, но в конечном итоге одинаковое для всех.

Что касается объектов большой приватизации, то и ранее, и сейчас для них предусмотрена особая процедура, обязательным условием которой является конкурентность, хотя это и не аукцион. Но всегда были и остаются соблазн и возможность использовать админресурс, а конкуренцию, мягко говоря, немного ограничить. В нынешней ситуации это ограничение происходит на уровне выбора так называемого советника — компании, в задачу которой входит подготовка объекта к приватизации таким образом, чтобы объект был продан по хорошей цене. Именно из-за коррупции в этом выборе приватизация многих предприятий застряла в судах и была остановлена и без помощи коронавируса, так как проигравшие потенциальные советники не смирились с коррупцией при их выборе.

Конкурентные конкурсы — видимость или реальность?

Кто-то спросит: а как же Антимонопольный комитет? Печальный опыт состоит в том, что АМКУ, как правило, самоустраняется от участия в конкурсах с «заранее известным результатом» и находит для этого массу поводов.

Новшество процесса приватизации

Уже говорилось, что коррупция перешла на уровень выбора советника, а также перешла в стадию судебных исков по некоторым объектам. Советник сам определяет стартовую цену, готовит тендер и объявляет торги. Вполне возможно, что стартовые цены будут небольшими, так как опыт показывает, что низкой стартовой ценой можно привлечь больше участников.

Если же конкуренция среди советников будет честная, то их привлечение может существенно ограничить коррупционные риски и субъективизм в непростой процедуре оценки, которая имеет шанс стать действительно независимой. Как говорят, поживем — увидим.