Замкнутый круг кризиса

Компромисс — это всегда не то, что нам хотелось бы. Хотя и близкое к желаемому, но все же не полностью. Если, например, в жизни предпочитаем красный цвет, но покупаем черный автомобиль, потому что в предложении доступен лишь черный, это и является компромиссом желания с возможностью… Так и с инфляцией. Теоретически инфляция является платой за рост, а высокий уровень безработицы и другие меры стагнации — это компромисс, на который мы согласны, чтобы удержать инфляцию на низком уровне. Оба средства одновременно — это ужас, потому что к чему бы вы ни прибегали, чтобы замедлить инфляцию, например, повышаете процентные ставки или увеличиваете налоги, это только усиливает стагнацию. А все, что применяете для стимулирования роста, ухудшает инфляцию. Замкнутый круг да и только.

Нам известно много примеров мезальянсов, в экономике примером такого брака застоя и инфляции является стагфляция — сочетание высокой инфляции с хилым ростом. Стагфляция — однозначная причина экономических проблем.

Исторический контекст определяет многое, если не все. Сейчас, на расстоянии лет, мы видим много общего между 1970-ми годами и настоящим. Если бы мы составили фоторобот причин экономической вялости семидесятых, то, в частности, увидели бы:

  1. нефтяные шоки, «приправленные соусом» из шока спроса и шока предложения под влиянием жесткой монетарной политики;
  2. снижение темпов производительности (как труда, так и капитала);
  3. влияние профсоюзов на сдерживание снижения заработных плат, которое делало невозможным их корректирование в условиях падения спроса, а значит, лишало работодателя целесообразности удерживать такого работника;
  4. низкое доверие к центробанкам со стороны населения;
  5. высокую роль нефти как в производстве, так и в потреблении.

Повышение цен на нефть повлияло на снижение темпов технологического прогресса и отсрочку внедрения инноваций.

Существует два вида инфляции: спровоцированные ростом спроса и ростом затрат. Инфляция спроса обычно возникает, когда центробанк увеличивает денежную массу или снижает налоги. И когда мы все одновременно начинаем что-то покупать, цены растут. К тому же снижение налогов и доступность денег (ведь процентная ставка — это фактически цена денег и цена возможности вести бизнес) решают проблему отложенного спроса. И если бы существовало такое понятие, как «хорошая инфляция», то это была бы история о ней.

Инфляция затрат — это уже из жанра драмы, результат ограниченного потребления вследствие повышения цен на ресурсы и факторы производства под влиянием разных причин (изменения мировых цен, девальвации национальных валют, (не)тарифных ограничений, процессов стандартизации и прочего) и вызванного этим роста затрат производства.

Разнообразие подходов к определению причин стагфляции в США в 1970-х не позволяет в рамках короткого обзора упомянуть о каждом из них. Но практически все исследователи относят к их числу:

  • инфляцию спроса из-за мягкой политики ФРС и государственных расходов на новые социальные программы и войну во Вьетнаме;
  • инфляцию затрат, вызванную нефтяным эмбарго и общим ростом цен на сырьевые товары;
  • кризис существующей модели промышленного развития и начало процессов деиндустриализации из-за повышения конкуренции со стороны Японии и других стран.

Тогда нефтяное эмбарго спровоцировало увеличение финансирования альтернативных источников энергии и пересмотр национальных энергетических стратегий. Кто-то ограничивал импорт энергоресурсов и продвигал развитие национальной энергетической отрасли, кто-то стимулировал инвестиции в энергоэффективность, параллельно оставаясь в тисках зависимости от импорта энергии и наращивая промышленный экспорт с целью заработать на модернизацию. Были и те, кто сделал выбор в пользу государственного регулирования рынков энергоресурсов и налоговых каникул или поддержки пострадавшего бизнеса.

А как дела с «фотороботом 2020-х»? Только ленивый не вспоминает о кризисе производительности (кстати, именно ее считают дамокловым мечом, зависшим над экономикой стран ЕС) и снижении эффективности инноваций. Римский клуб относит их к разряду «инновации ради самих инноваций», которыми чересчур восхищаются крупные компании и правительства, стимулирующие разработки, в попытке неразборчивого наращивания инвестиций с целью застолбить за собой самый лакомый кусок высокодоходного рынка. Это и сырьевой суперцикл с одновременным повышением цен на газ и другие ресурсы, критически важные для реализации стратегий цифрового и зеленого перехода; и поддержка неработающего во время локдауна населения и бизнес-секторов; и непонимание последствий головокружительной политики «вертолетных денег», а следовательно, потеря доверия к центробанкам со стороны как крупного бизнеса, так и населения.

Сегодня у нас также наблюдается значительная инфляция спроса из-за низких процентных ставок и усилий по борьбе с COVID-19. Суммы «ковидных» выплат во многих странах частично снижают стимулы для поиска работы. «Призрак повышения зарплаты» однозначно бродит по развитым странам. Вспомните кризис предложения рабочей силы в Великобритании, где «развращенные» мигрантами работодатели привыкли к зарплатам, на которые не собирается соглашаться коренное население, сопротивляющееся при этом повышению цен вследствие увеличения доли зарплаты в цене товаров и услуг.

Между тем инфляция затрат обостряется и из-за разрушения цепочек поставок, логистических проблем и подорожания контейнерных перевозок. Например, вторичный рынок автомобилей отреагировал значительным повышением цены на новость об увеличении срока отгрузки новых автомобилей. Крайне затруднительно почувствует себя айтишник, строящий дом, — подорожали и древесина, и микрочипы. И даже оптимисты уже заказывают подарки к Рождеству.

Что же получается? Если хочешь сохранить работу, соглашайся на компромиссное решение зарабатывать меньше, тем самым внося вклад в снижение инфляции. К тому же процессы автоматизации в производстве и рост спроса на робототехнику не позволяют особенно расслабиться. Если хочешь потреблять, то научись ждать, пока не восстановятся цепи поставок и не «сдуются» цены. «Надавить» на ОПЕК, как в 1970-х, не получится, но энергетическая геополитика однозначно приведет к ребалансированию рынка. Это заставит правительства диверсифицировать источники поставок и пересмотреть национальные энергетические стратегии, тем самым влияя на экономическое развитие и рост в том числе. Да и подход к росту как таковому стремительно меняется при условии движения в направлении климатической нейтральности.

Получается, что-то подобное уже когда-то было. А история доказывает, что, скорее всего, нас ожидает какой-то компромисс между тем, чего мы хотим на самом деле, и тем, чего категорически не хотим.

#Первая полоса #Финансы #инфляция #глобальный кризис #экономическая активность

Читайте також

Найпопулярніше
Замкнена вертикаль. Що таке Вищий антикорупційний суд і чому його створення бояться політики?
Запит на справедливість або популізм?
Субсидія за новими тарифами: чи вистачить в бюджеті грошей
Актуальне
Прем'єр-міністр Норвегії поділився інформацією про те, чи планує країна реагувати на нові тарифи, введені Трампом.
Литва виділить 20 мільйонів євро на підтримку експортерів, які зазнають збитків внаслідок тарифів, введених Трампом.
Угорський урядовець висловив звинувачення на адресу Брюсселя щодо нових тарифів, запроваджених адміністрацією Трампа.
Теги